Алексей Лисовиченко: прийти могут за любым
Интервью

Алексей Лисовиченко: прийти могут за любым

20 декабря, 13:35Радик ЕнчуPhoto: Предоставлено «Нео-Ком»
Корреспондент «Нашего города» встретился с сыном экс-гендиректора Антипинского НПЗ Геннадия Лисовиченко – Алексеем. Он высказал свое мнение по поводу ситуации, возникшей вокруг его отца и завода.

Из интервью вы узнаете:

  • О деятельности его завода на сегодняшний день
  • О судебных разбирательствах между Антипинским НПЗ и «Нео-Ком»
  • О выезде из страны отца
  • Мнение Алексея Лисовиченко о возбужденных уголовных делах в отношении его отца
  • И многое другое

В октябре вы объявили об остановке производства завода «Полипак». И вот недавно работа возобновилась. Какие меры предпринимались для этого?

– Поиск инвесторов и партнеров. В итоге мы нашли заинтересованного в нашем заводе арендатора и частично сдали его в аренду. Таким образом, завод работает и производит продукцию.

А кто арендатор?

Коммерческая компания. Наверное, не совсем корректно, если я буду говорить название.

С чем связано, что работа завода приостанавливалась?

–Нехватка оборотных средств на текущую деятельность.

Какая общая сумма задолженности перед работниками на сегодняшний день?

Порядка 4 млн рублей.

Выплачивается ли зарплата работникам?

Да, регулярно, погашение задолженности производится ежемесячно.

В отношении вас заводилось дело о невыплате зарплаты. Сейчас этот вопрос урегулирован? Что постановил суд?

–Насколько я знаю, суда еще не было. Дело на рассмотрении в прокуратуре. Фактическое погашение задолженности осуществляется.

9 декабря вы должны были явиться в Арбитражный суд Тюменской области по спору между истцом Антипинским НПЗ и ответчиком «Нео-Ком» [Антипинский НПЗ требует 20 млн рублей основного долга по договору купли-продажи недвижимого имущества от 17 декабря 2015, – прим. редакции]. Вы были там?

– Там было судебное заседание по спору между «Нео-Ком» и АНПЗ. Детали заседания разглашать наверное не стоит. Рядовой спор хозяйственных субъектов.

Судя по документам, представители ответчика утверждают, что вашу подпись в акте подделали. Как это могли сделать и для чего?

Да, мы не признаем подлинность документов, которые АНПЗ принесли в суд, у «Нео-Ком» такие документы отсутствуют.

А как могло произойти так, что вашу подпись подделали?

Внешне похожей на оригинальную можно изобразить любую подпись при наличии у заинтересованных лиц желания. А уже истину установит суд. Сейчас назначена почерковедческая экспертиза.

Насколько известно, общая сумма инвестиций в завод составила 352 млн рублей. Куда пошли эти деньги?

Строительство основного производственного корпуса, закупка оборудования, благоустройство территории, найм и обучение работников, монтаж, пусконаладка.

Кто был инвестором?

Семейные совместные инвестиции, а также лизинговое и кредитное участие.

Как вы собираетесь покрывать долги завода?

Долги перед сотрудниками по зарплате есть, будут погашаться за счет арендной платы, а также от реализации имущества, принадлежащего компании.

Судебные разбирательства, инициированные АНПЗ – это «отжатие» бизнеса или правомерное действие с их стороны?

Если мы говорим о деле АНПЗ и «Нео-ком», то это достаточно рядовой хозяйственный спор. Такое встречается в деятельности многих коммерческих предприятий. Подача искового заявления – это неотъемлемое право АНПЗ, основанное на нормах закона. А вот насколько законны и обоснованы требования, должен разобраться Арбитражный суд Тюменской области.

«Сначала АНПЗ обанкротит ООО "Нео-Ком" за долг в 20 млн рублей. Из этой компании уже начали выводить активы - при стоимости основных средств в 73 млн у нее 226 млн убытков и кредитная нагрузка в 456 (!) млн рублей. Но тут главное добраться до самого Геннадия Лисовиченко, так что это даже хорошо, 20 млн у "Нео-Кома" нет, так что его обанкротят. Ну, а потом и владельца компании», – почти дословная цитата из телеграмм-канала «Повестка». Прокомментируйте цифры, фигурирующие в сообщении.

Очень сложно комментировать анонимные телеграм-каналы. Но, если вкратце. Во-первых, еще не доказано право на получение с «Нео-Ком» этих 20 млн. Судебное разбирательство все еще идет. Во-вторых, рассуждать, есть у нас или у наших партнеров эти 20 млн – не может никто. Тем более, какие-то анонимные телеграм-каналы. Про остальные цифры даже разговаривать не хочу. Что это за цифры? Откуда они их взяли? Какие-то основные средства, какие-то убытки, какая-то нагрузка, непонятно

Вы утверждаете, что эти цифры неверны?

Я не понимаю, что это за цифры и откуда они их взяли.

Но долг перед АНПЗ в размере 20 млн рублей есть?

Нет, мы считаем, что долга нет, поэтому и в суде у нас соответствующая позиция.

Как вы восприняли новость о том, что на вашего отца завели уголовное дело?

Конечно, это было полной неожиданностью. И даже сейчас, через пять месяцев, я не очень понимаю, как на человека, который построил в чистом поле самый лучший нефтеперерабатывающий завод на территории СНГ, просто за какой-то суперкраткий промежуток времени навешали обвинений в преступлениях, которые он не совершал, собираются его судить. Информация, опубликованная в СМИ, что состояние завода якобы оценивается на три с минусом балла, могу предположить, что цель – это максимальное обесценивание активов такими выводами и заключениями для того, чтобы его продать в разы дешевле реальной стоимости.

А кому это надо и зачем?

Тут у меня нет предположений

Он ведь сейчас находится в бегах? Вы знаете, где он находится?

Воспользуюсь правом не свидетельствовать против своих близких.

После того, как ваш отец сбежал из страны, вы с ним поддерживаете связь?

Определение «сбежал» считаю неуместным в его ситуации. Он уехал в командировку по новому проекту еще в начале июня 2019. Планировал вернуться через два месяца. Но какой нормальный человек захочет возвращаться, если, очевидно, что прямо с трапа самолета тебя схватят и отправят в СИЗО под любым предлогом?

Хорошо. Тогда переформулирую. Если сейчас он находится в командировке, вы с ним поддерживаете связь?

Нет

Как вы сами оцениваете уголовное дело в отношении него?

Считаю, что уголовное преследование Геннадия Алексеевича вменяемом ему злоупотреблениям полномочиям носит сугубо заказной характер. Об этом свидетельствует скорость, с которой уголовное дело было возбуждено. По сделке двухгодичной давности о продаже объекта недвижимости уголовное дело возбудили менее чем за сутки с момента заявлении о преступлении. Каждый, кто обращался с заявлениями о преступлении по подобному составу, понимает, что без запросов и ответов Росреестра в отношении недвижимого имущества решить вопрос о наличии или отсутствия признаков состава преступлений невозможно. Более того, следствие вменяет продажу якобы заложенного недвижимого имущества. Тем не менее, уголовное дело возбуждают менее чем за сутки на основании одного только заявления, как в 1937 году по доносу. Факт того, что ЖД путь №12 как объект недвижимого имущества никогда не был заложен, органы продолжают игнорировать. Полагаю, что сама ситуация по возбуждению уголовного дела по хозяйственному спору между двумя юридическими лицами до разрешения их спора в Арбитражном суде и по сделке, в момент совершения которой все условия устраивали собственников и со стороны продавца, – Антипинского НПЗ – и со стороны покупателя – НГК «Альфа», но не устроили нового владельца АНПЗ – Сбербанк – является дамокловым мечом над каждым предпринимателем, ведущим бизнес в России. Фактически каждый руководитель может оказаться на месте моего отца под уголовным преследованием. Был бы заказ.

Возбуждение второго уголовного дела по подозрению в покушении на мошенничество по невыплаченной премии, по моему мнению, имеет целью заставить Геннадия Алексеевича отказаться от защиты своих трудовых прав, является также элементом давления на него.

Также сейчас находится на доследственной проверке заявление о преступлении по передаче АНПЗ Геннадию Алексеевичу спецтехники – снегоболотохода. АНПЗ полагает, что совершено преступление. Между тем, это спецтехника была подарком Геннадию Алексеевичу на юбилей от совета директоров АНПЗ в 2011 году(!). И за расследование этого события взялся второй отдел по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации в Тюмени. Это очередной штрих к вопросу заказного характера преследования. Ну, видимо, нет у следственного комитета более важных дел, чем расследование, куда делся подаренный болотоход, насколько правильно было все оформлено при дарении подарка частным заводом своему генеральному директору. К теме обсуждения виновности в тех преступления, которые сейчас инкриминируют Геннадию Алексеевичу, предлагаю вернуться через несколько лет, когда все эти заказные уголовные дела пройдут проверку в Европейском суде по правам человека. Куда обязательно будут направлены жалобы. Вот тогда и обсудим, кто истинный потерпевший по данным преследованиям. Да, это перспектива не ближайших трех – четырех лет, но в вопросе восстановления справедливости мы готовы идти до конца.

То есть, сейчас идет еще одна доследственная проверка для возбуждения третьего уголовного дела?

Да мы уже считать их перестали. Чуть ли не каждую неделю их возбуждают.

А когда будете подавать жалобу в ЕСПЧ?

Это же целый процесс. Сначала дело должно пройти все положенные инстанции на территории Российской Федерации, далее при не согласии с решениями судов, мы имеем полное право обратиться в ЕСПЧ. Потому что, еще раз отмечу, преследование носит заказной характер и не является ни в какой мере справедливым.

Вы общались с отцом на тему бизнеса, ваших предприятий? Что он рассказывал про обстановку на Антипинском НПЗ?

Он всегда говорил, что со Сбербанком у завода долгосрочные партнерские отношения. Так было до августа 2018 года. Как и многие предприятия России, АНПЗ испытывал потребность в дополнительном финансировании. Поскольку неблагоприятные финансовые последствия налогового маневра, скачков курса валют, дополнительных налоговых нагрузок никто предприятиям не компенсировал. Возникали финансовые трудности, которые Мазурову Дмитрию Петровичу и Лисовиченко Геннадию Алексеевичу удавалось преодолевать. Однако долгосрочные партнерские отношения, как показали события августа 2018 – ноября 2019 годов, оказались дружбой кролика с удавом. И удав ждал, когда полностью закончится строительство завода.

Как вы сами оцениваете переход АНПЗ в руки других собственников?

Как реализацию механизма залогового рейдерства по отжатию бизнеса. А все последующие преследования руками правоохранительных органов давлением на бывших руководителей и собственников АНПЗ.

Ввиду происходящих событий по захвату АНПЗ была прекращена реализация второго масштабного проекта по строительству в Тюменской области АО «Антипинский нефтехимический комплекс» нефтехимического комплекса стоимостью 3 миллиарда долларов на 2 тысячи новых рабочих мест, о строительстве которого уже было подписано соглашение с иностранным инвестором. Естественно, иностранный инвестор оценил ситуацию как неблагоприятную для реализации нового проекта.

Совсем недавно вышло расследование 72.ru о том, что двухэтажный коттедж на берегу Цимлянского принадлежит вашему отцу. Хотя изначально земля выделялась на корпоративную спортивную базу. Как так получилось, что нежилое здание превратилось в частный дом вашего отца?

Перевод объектов из нежилых в жилые, ровно, как и наоборот, не запрещен действующим законодательством Российской Федерации. Является правом собственника объекта недвижимости. Этот объект всегда был в частной собственности, никогда не был ни в государственной, ни в муниципальной. Сам Геннадий Алексеевич не являлся в период покупки объекта государственным служащим и не должен публиковать информацию о своем имуществе. Так называемое расследование на 72.ru представляет собой рассматривание частной жизни Геннадия Алексеевича и его семьи под лупой. И, как мне видится, с подачи и по заказу заинтересованных лиц, организовавших целенаправленную информационную травлю.

В том же расследовании фигурировала информация, что дом был продан затем компании «Нео-Ком» за 70 млн рублей. Это правда?

Нет, это недостоверная информация. Была совершена сделка купли-продажи нежилого объекта. Более того, данная сделка была одобрена всеми уполномоченными органами на момент ее совершения.

70 млн рублей – верна сумма?

Без комментариев.

А долг в 20 млн рублей уплачен?

Данное обязательство считаю погашенным.

На фоне всего происходящего вы не боитесь, что силовики могут прийти за вами?

В настоящее время, как показывает примеры последних громких уголовных дел, они могут прийти абсолютно за каждым: будь вы бизнесмен, блогер, журналист или студент. Возбудить уголовное дело и арестовать человека можно меньше, чем за сутки. А свободу мнения и свободу предпринимательской деятельности подвести под состав преступления.

Тем не менее, вы немного расплывчато ответили. Конкретно сами не боитесь?

Это вероятность. Бояться ее – не считаю нужным. Конечно, могут. Как я уже сказал, прийти могут за любым.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter